В свежем дропе собрался на редкость плотный контраст. Собрали свежую пачку релизов, где жанры сталкиваются лоб в лоб: пока в одном фильме ученые спорят о грантах и фиктивной любви, в соседнем — рушится моногамный брак, а за запертыми дверями бродят чудовища.
Главный романтический хайп прямо сейчас — долгожданная 🧪«Гипотеза любви» (The Love Hypothesis). Та самая экранизация мирового книжного феномена, которая когда-то выросла из фанатской истории по «Звёздным войнам» и в итоге взорвала книжные чарты. Сюжет стартует с нелепости: чтобы доказать подруге, что у неё есть личная жизнь, аспирантка Олив целует в коридоре первого встречного мужчину. Им оказывается самый грозный и придирчивый профессор на кафедре — и он внезапно соглашается подыграть.
Следом идет 🕶«Мэйдэй» (Mayday) с Райаном Рейнольдсом и сэром Кеннетом Браной. 1987 год, разгар Холодной войны: американский самолет-разведчик сбивают над территорией СССР, и пилот катапультируется в глухую советскую тайгу. Там его находит бывший агент КГБ, мечтающий сбежать на Запад. Чтобы пересечь границу под носом у контрразведки, им приходится заключить безумный союз.
Если тянет на что-то взрослое и неудобное, включай 🫦«Приглашение» (The Invite) от Оливии Уайлд. Супруги погрязли в рутине и, чтобы встряхнуть брак, зовут на ужин раскрепощенных соседей сверху. Невинные посиделки быстро оборачиваются предложением устроить свинг на четверых. Завязка притворяется смелой комедией 18+, но Оливия Уайлд сняла фильм вообще не про секс, а про брак — о том, как привычка годами молчать об обидах и подавлять желания разрушает семью быстрее любого открытого скандала.
Любителям синефильских экспериментов отдаем ☠️ «Подростковый секс и смерть в лагере „Миазма“» (Teenage Sex and Death at Camp Miasma) от Джейн Шёнбрун. Молодая режиссерка берется за ребут культового трэш-слэшера 80-х и становится буквально одержима идеей вернуть на площадку затворницу-актрису из оригинала. Это тонкий фестивальный гибрид ретро-хоррора и злой сатиры на индустрию. Фильм в первую очередь исследует связь секса и кино: о том, как экранные образы перепрошивают наши реальные страхи, влечение и поиск собственной идентичности.
Из хорроров выкатили клаустрофобный 💧«Последний дом» (The Last House). Аномальный ливень и невидимый барьер наглухо запирают семью в коттедже, пока снаружи в прибывающей воде рыщут опасные водные твари. Плотный камерный триллер держится на том, что чудовища снаружи обнажают старые трещины внутри семьи, а младшая дочь начинает видеть в монстрах совсем не то, что перепуганные взрослые.
